Осенью 2024 года в Набережных Челнах столкнулись два автомобиля. Госавтоинспекция признала виновным водителя одного из них — ответчика по делу. Постановление вступило в законную силу, и в силу статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вина ответчика не подлежит оспариванию в гражданском процессе. Ответчик сосредоточил усилия на оспаривании размера ущерба.

Страховая компания выплатила потерпевшему страховое возмещение. Однако истец, не согласившись с суммой, обратился к независимому эксперту. Стоимость восстановительного ремонта значительно превысила выплату. Ответчик представил рецензию на заключение независимого эксперта.

По ходатайству ответчика проведена первая судебная экспертиза. Суд не принял заключение, поскольку эксперт работал без натурного осмотра транспортного средства, ограничившись фотографиями, что ставило под сомнение полноту исследования, особенно в части скрытых повреждений.

В связи с сомнениями в обоснованности первичного заключения по ходатайству самого ответчика назначена повторная экспертиза. Эксперт изучил все материалы дела, фотографии, акты осмотра, выплатное дело страховой компании. Суд признал заключение повторной экспертизы полным, мотивированным и достоверным доказательством. Рецензия ответчика не опровергла выводы судебной экспертизы.

Получив результаты повторной экспертизы, ответчик заявил, что не доверяет экспертной организации, поскольку ее нет в его личном перечне доверенных организаций. Однако этот перечень представлен суду только после получения результатов. При назначении экспертизы ответчик не заявлял возражений. Определение суда о назначении экспертизы вступило в законную силу и не обжаловалось.

Ответчик также заявил о конфликте интересов: по его мнению, эксперт, проводивший первичную экспертизу, руководитель экспертной организации и представитель истца знакомы, ранее совместно работали. Документальных доказательств заинтересованности эксперта не представлено. Суд отклонил доводы, указав, что знакомство в прошлом не свидетельствует о заинтересованности в исходе дела.

Ответчик ходатайствовал о привлечении к участию в деле последующих владельцев транспортного средства, приобретших автомобиль после ДТП, и об истребовании документов о переходе права собственности. Суд в удовлетворении ходатайства отказал, поскольку цена продажи автомобиля не отражает объективную стоимость восстановительного ремонта и не относится к предмету доказывания.

Суд обратил внимание на динамику позиции ответчика, менявшуюся в зависимости от результатов экспертиз: сначала он сам инициировал повторную экспертизу, не возражал, не обжаловал, а получив невыгодный результат, начал оспаривать организацию и эксперта, заявлять о конфликте интересов, ходатайствовать о привлечении третьих лиц. Суд квалифицировал это как злоупотребление процессуальными правами, выразившееся в попытке ревизии вступившего в законную силу определения суда.

Разрешая спор, суд руководствовался статьями 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым вред подлежит возмещению в полном объеме. Суд указал, что положения Единой методики ОСАГО не подлежат применению к деликтным обязательствам между потерпевшим и причинителем вреда. В связи с этим стоимость восстановительного ремонта взыскана без учета износа.

С учетом уточнения иска суд взыскал с ответчика сумму ущерба, расходы на проведение независимой экспертизы, расходы на оплату услуг представителя и государственную пошлину. Кроме того, с ответчика в пользу экспертной организации взысканы расходы на проведение повторной судебной экспертизы, инициированной ответчиком.

Решение суда не вступило в законную силу и может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан в течение месяца.